Их сны о Грузии

Западные СМИ пишут, что в Штатах начинают считать Грузию стратегической угрозой. Мы понимаем анекдотичность ситуации: где Вашингтон, а где Тбилиси и какое вообще дело Штатам до этой страны? Уран там не обогащают, рассадником международного терроризма государство не является, пробирку с неведомым веществом не предъявить. Но негодуют и готовы на стену лезть, подозревая во всех тяжких.

Также по теме

Захарова: Россия готова сотрудничать с Грузией, сопротивляющейся диктату Европы

Россия открыта к сотрудничеству с Грузией, которая сопротивляется европейскому диктату во внешней политике. На это обратила внимание...

Главная проблема: Грузия путает карты. Причина озабоченности, переходящей в гнев гегемона, на поверхности: Грузия не с теми дружит, или намеревается не с теми дружить, или гипотетически может начать не с теми дружить. Да и не дружить даже, а просто экономически сотрудничать, ориентируясь на собственную выгоду, не выпрашивая разрешения. И Штаты тут же начинают вести себя что карикатурная классная дама, зорко следящая за нравственностью. Мнительная, подозрительная и старающаяся пресекать даже намёки на мыслепреступления. Есть в этом стремлении загнать всех в свою казарму что-то параноидальное и бредовое.

Так, в Штатах рассуждают, что нынешнее грузинское руководство «идёт по опасному пути, попадая в орбиту, контролируемую главными противниками Америки», а это Россия и Китай. Экономическое сотрудничество стран трактуется в качестве стратегической угрозы. Там даже подготовлен закон, одобренный палатой представителей, смысл которого — не пущать, предотвращать и противодействовать.

Главный раздражающий фактор — улучшение отношений Тбилиси и Москвы. При этом надо помнить, что в первый год СВО Грузию активно подталкивали к прямому конфликту с Россией. «Демократии» полагали, что там будет открыт фронт борьбы против нашей страны, буквально требовали, мыслили страну фигурой в своей игре.

История с Грузией вообще очень показательна. В своё время Запад привёл к власти свою малоадекватную, а после оказалось, и преступную марионетку-киборга. Кровавый галстук Саакашвили под предлогом восстановления мини-империи вверг страну в опасную авантюру и конфронтацию с Россией. Что Тбилиси было совершенно не выгодно ни в каком отношении. При этом ни Абхазия, ни Южная Осетия не собирались подчиняться силовому варианту и уже давно выбрали свой путь.

Позже стало совершенно очевидно, что события 2008 года были репетицией украинского варианта с планированием затяжной организации территории хаоса на Кавказе и с активацией всех давних противоречий и проблем.

Сейчас грузинские власти ведут здравую и прагматичную политику. Не дают себя втягивать в авантюры, не становятся марионетками в чужих руках, отлично понимая, к чему это может привести. Юридическая оценка деятельности того же Саакашвили дана, а вместе с ней — и периоду его правления. Преступный авантюрист — за решёткой. Руководство попросту заботится о своей стране, её интересах и не берёт под козырёк чужие целеуказания. Не желает становиться пешкой в чьих-то руках, исходя из этого и выстраивает политику, не подвергаясь манипуляциям.

Для тех же Штатов это очевидный вызов и пример слома шаблона, показавший, что можно выскочить из их сетей и стать свободным. Они привыкли иметь дело с эгоистичными, а не национально ориентированными властями.

С теми, кого можно купить, шантажировать, кем управлять, играя на личных слабостях, страстях и амбициях.

В подобных реакциях на грузинскую вольницу отчётливо проявляется и общий колониальный почерк Запада, внушившего миру, что ему есть дело до всех стран, особенно на постсоветском пространстве. Что его мнение и позиция равносильны закону и ослушавшегося следует наказать. Этакий надсмотрщик с кнутом, а плантации — весь мир. Опять же карикатурное.

Запад теряет позиции, он давно не является безусловным магнитом, к которому тянутся народы. Остался только кнут, остались принуждение и угрозы. Но историю не изменить, не обернуть в формат своей казармы, страны уже знают о свободе, вспоминают и применяют право самим определять политику.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.